Тульский несколько растерялся от такого напора, тем более что с живой журналисткой (кстати, очень даже симпатичной) он общался впервые.

Светлана, между тем, уверенно присела на стул у стола Тульского и начала расписывать райские перспективы, открывающиеся перед местным розыском и всем 16-м отделением вследствие ее вхождения в тему.

Тульский почти ничего не понял из потока обрушившихся на него слов и промямлил:

– Э-э-э... Светлана... м-м-м... Меня, кстати, Артуром зовут... Так вы говорите, что если статью грамотно написать – то нас и наградить могут?

– Вполне! – уверенно кивнула Света.

Тульский с сомнением почесал затылок:

– Вообще-то, нас, в основном, орденом Святого Ебукентия награждают – с закруткой на спине.

Теперь не поняла Светлана – но переспросить не успела, потому что на столе у Тульского зазвонил телефон. Артур одной рукой схватил трубку, а второй перевернул лежавшее перед ним заявление внучки Верейского – так, чтобы девушка смогла его прочитать. Света впилась глазами в прыгающие нервные строчки, а Тульский начал орать в телефон:

– И что?! А кого?! Все ищут литературно-художественное наследие... Никого... Я... – я общаюсь с прессой. Серьезно. Фотографируют для фронтовой газеты на статью "Он не оробел перед двумя немецкими танками". Да нет, серьезно... Так ты выясни сначала, какой труп, может, он сам – того... Ой! Ай!... Ну и что, что в коридоре?.. Да ты что... Огурчики да помидорчики, Сталин Кирова убил, да в коридорчике!.. Ладно, все. Будет криминал – будет разговор!

Артур бросил трубку и посмотрел на девушку, взгляд его упорно съезжал с лица на круглые коленки:

– Прочитали?

– Прочитала... И как вы собираетесь... раскрывать?

Света перезакинула ногу на ногу, Тульский моргнул и раскололся:

– Да, собственно говоря... Мы, когда на квартиру Верейских приехали – там обнаружился гостивший у них племянник двенадцати лет, Гриня. Я с этим Гриней потолковал по душам и вот что выяснилось – пока дядя-злодей со взрослыми на кухне о высоком толковал, мальчик в прихожей залез в карман его пальто и вытащил оттуда фотографию "Полароид" с изображенной на ней девушкой, прямо скажем, без одежды.