И вот на этой фотографии был написан некий телефон и красивое русское имя Маша. Фото Гриня не без внутренней борьбы (он, вообще, испугался и решил, что шум – по его поводу) отдал нам. Мы к Марии – а она: да, дескать, был такой, приходил, но мы, мол, плохо знакомы! Вот и вся недолга. Сейчас злодея ждут в ее хате, думаю, что к вечеру приведут. Никуда не денется, отдаст, подлец, достояние республики!

– Так просто! – чуть разочарованно протянула Светлана. Артур хмыкнул:

– Придется рассказать правду. На самом деле все происходило так: я шел по мокрому карнизу, держа в зубах пистолет Макарова, так как знал, что преступник дерзок и вооружен...

– Артур, вы что, меня за дуру принимаете?

– Виноват! Так, убираем Гриню и пишем: "в ходе глобальных оперативно следственных мероприятий при содействии сотрудников 7-го ГУВД...

– 7-е УВД... – это как? – не поняла Света.

– Это "ноги" [Профессиональный сленг оперативных работников; означает: наружное наблюдение], – окончательно запутал ее Артур и продолжил:

– ...при поддержке сотрудников ГАИ и непосредственном курировании руководства главка...

В этот момент дежурный по местному телефону передал Тульскому, чтобы он связался с Токаревым. Артур быстро набрал номер:

– Тульский, Василий Павлович!

– Здорово, Артур! Взяли этого черта! Приезжий, из Красноярска... и действительно там историк какой-то... с ума сойти! Будь на подхвате – сейчас тушку подвезут!

– Есть! Журналистка вам нужна еще?

– Какая журналистка?

– Как какая... Светлана...

– Ты о чем?

Тульский мгновенно все понял и показал кулак Свете, начавшей медленно приподниматься со стула.

– Да шучу я, Василий Павлович, подумал просто – а может, это событие в прессе осветить?